Pages Menu
Categories Menu

Опубликовано on Окт 16, 2016

БРИКС: объединение, которого нет

БРИКС
Лидеры стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) собрались в Индии — 15 и 16 октября прошла их восьмая ежегодная встреча на высшем уровне. Коалиция начала складываться в бурные дни мирового финансового кризиса 2007-2008 года и позиционировала себя не только как будущее экономического роста, но и в качестве новой группировки, которая организована для того, чтобы бросить вызов сложившемуся «западному» международному порядку, попытаться создать свой банк развития со своей глобальной резервной валютой.

Последние годы для большинства стран БРИКС были не совсем удачными: в Китае и ЮАР темпы роста замедлились, а Бразилия и Россия находятся в рецессии. Эксперты ежегодно отмечают, что страны далеки в географическом, политическом и военном отношениях, и, несмотря на правдоподобное основание, объединяющее их как «развивающиеся страны», экономики БРИКС имеют мало общего — как и страны в целом. Различия настолько серьёзны, что делают группу неспособной к конструктивному союзу и созданию взаимообязывающих соглашений. Кроме того, каждое государство имеет различные отношения с США и ЕС, которые обладают достаточным влиянием, чтобы отделить некоторых членов от основной коалиции.

Однако от московских пророков нового мироуклада, таких как Академик Глазьев, мы нередко слышим, что «Ни у одной из стран БРИКС, кроме России, не было опыта глобального лидерства. У нас этот опыт очень длительный, и коалицию должны строить именно мы, исходя из этого опыта». Стоит отметить, что этот «опыт лидерства» был не совсем успешным. К тому же Россия производит всего лишь 8 % ВВП от стран БРИКС, имеет население менее 5 %, а в индексе экономической свободы занимает 153 место (ЮАР — 80, Бразилия — 122, Индия — 123, Китай — 144). Всё это вряд ли позволяет надеяться на то, что участники БРИКС готовы будут отдать ведущую роль России — даже в таком объединении, которого, по сути, нет.

Очевидно, что БРИКС, равно как и ряд других «международных объединений» с участием России — таких как Шанхайская организация сотрудничества, — достаточно эфемерные образования, возможность использования которых Россией для «смены миропорядка» вызывает сомнения. Вероятно, некоторым приятно говорить о таких организациях, поскольку их суммарные цифры на бумаге действительно выглядят внушительно и позволяют фантазировать на тему лидирующего положения Москвы в огромных и мощнейших «блоках» стран. Но на практике этих блоков, этих организаций нет. И это значит, что, возможно, было бы полезнее заняться внутренними проблемами федерации и налаживанием конструктивных взаимоотношений с другими странами мира вместо геополитических фантазий.