Pages Menu
Categories Menu

Опубликовано on Апр 16, 2014

Империя в фантазиях

Империя в фантазиях

В мире происходят такие события, что у многих наших татарстанских сограждан возник вопрос: “А не наблюдаем ли мы за восстановлением Российской империи?”

Присоединение Крыма, действия в восточной Украине и на внешнеполитической арене, грозящие разрывом с нашими главными зарубежными экономическими партнёрами (на страны Европейского Союза приходится почти 80% татарстанского экспорта), риторика в духе “собирания русских земель” и прочих откровенно националистических парадигм, противоречащая духу многонационального федеративного государства — это всё совершенно естественным образом беспокоит нас, граждан Республики Татарстан.

Попробуем рассуждать обо всех этих процессах и их возможных результатах не категориями фантазий или желаний, а на основании реального положения вещей, в экономике, в первую очередь.

Российский телевизор твердит о том, что западные страны либо не решатся на введение серьёзных санкций, либо они не нанесут России, чей экспорт на 66,7% состоит из нефти, нефтепродуктов и газа и подавляющей частью идёт в Евросоюз, серьёзного вреда. О том, могут ли быть у западных стран какие-либо препятствия для введения серьёзных санкций и может ли Россия как-то смягчить их действие, — по порядку.

Итак, аргумент первый. “Европа замёрзнет без российского газа”. Как правило, к этому аргументу прилагаются красивые карты, на которых показана “колоссальная” зависимость европейских стран от продукции “Газпрома”. На самом же деле на газ приходится только 22% потребления энергии в странах Европейского Союза, при этом доля России в газовых поставках в ЕС — около 30%. То есть реальный вклад “Газпрома” в энергетический баланс объединённой Европы — не более 7%.

Но и эти достаточно жалкие 7% европейцам есть откуда получить и без России. Мы часто как-то упускаем тот факт, что сланцевая революция — уже произошедший факт. Нам твердят, что Россия — “энергетическая сверхдержава”. Но уже в прошлом году США вышли на первое место в мире по производству газа, обогнав Россию (687,5 млрд куб.м против 676 млрд у РФ). И американского газа хватит надолго: запасы только сланцевого газа в США колоссальны — почти 95 трлн куб.м. При этом российская политика в Крыму сняла все ограничения на экспорт газа из США в Европу. «Мы лицензировали и одобрили экспорт такого объёма природного газа, который Европа потребляет ежедневно», — заявил президент США Барак Обама в конце марта.

Как транспортировать в Европу сжиженный природный газ (СПГ), также уже всем ясно. И в США, и, например, в богатейшем газом Катаре действуют и строятся колоссальные СПГ-терминалы (терминалы для сжижения и разжижения природного газа). Теперь очевидно дело за увеличением мощностей СПГ-терминалов в Европе, о строительстве каковых на фоне событий в Крыму и восточной Украине заявила даже Литва (в этой стране терминал будет запущен уже до конца текущего года). Их строительство вышедшие из кризиса и растущие экономики Европы и США вполне могут себе позволить. В то же самое время активно развивается и сам газовый транспорт, например, в последние годы с помощью разработанной в «ExxonMobil» технологии удалось увеличить размеры судов для транспортировки сжиженного природного газа, таких как “Q-Max”, и значительно снизить затраты на его транспортировку.

Да и в самой Европе запасы сланцевого газа огромны — только разведанные на сегодня составляют 11,7 трлн куб.м. Они пока ещё активно не разрабатывались из-за протестов экологических движений, но украинский кризис может отодвинуть мнение экологов на второй план. Это, кстати, к ещё одной фантазии относительно того, что “европейский крупный бизнес не захочет терять выгодное сотрудничество с Россией и надавит на европейских политиков”. Европейский крупный бизнес скорее надавит на своих политиков, чтобы те разрешили им самим заняться разработкой газовых месторождений внутри Европейского Союза. Самое время, чтобы бизнес обошёл протесты зелёной общественности с выгодой для себя.

И это не говоря о более долгосрочных проектах, таких как реализация строительства газопровода от азербайджанских и туркменских месторождений в ЕС через Грузию и Турцию или о новом дыхании для угольной энергетики, для которого подоспели более “чистые” и эффективные технологии.

Про нефть говорить нечего — это значительно более лёгкий в транспортировке товар, цена на который формируется на мировом рынке, а не в частных двусторонних случаях. Нескольким странам-экспортёрам нефти достаточно увеличить объёмы добычи, и цена на нефть снизится на всём мировом рынке (что к слову и было сделано в конце 1980-х и привело к краху сидевшего на нефтяной игле советского режима за считанные годы).

Кто-то говорит, что Россия дальше пойдёт по пути изоляции от Западного мира и будет прекрасно развиваться, переориентировав поставки нефти и газа, например, на Китай. Обычно это говорят те, кто не понимает, что такое трубопровод. А между тем трансконтинентальный трубопровод — это вещь, мягко говоря, дорогая и очень длительно строящаяся. Почти все нынешние магистральные трубопроводы из Российской Федерации тянутся в западном направлении — в страны Европейского Союза и Турцию. Газопроводы “Ямал-Европа”, “Уренгой-Помары-Ужгород”, “Северный поток”, “Голубой поток” — это всё либо в Европейский Союз, либо в Турцию. В восточном направлении у России есть только один трубопровод такого масштаба — нефтепровод “Восточная Сибирь — Тихий океан” (ВСТО). Который строился 6 лет, причём 6 очень сытых лет, с конца 2006 года. Сколько трубопроводов сможет построить Россия сейчас, да ещё и “экстернно” (это слово вообще неприменимо к трубопроводам), когда даже госорганы прогнозируют рост экономики в этом году на 0 (ноль) процентов — вопрос риторический.

Ещё кто-то говорит о том, что ради собственной выгоды Запад будет сотрудничать с кем угодно, с каким угодно режимом. И чаще всего в качестве примера приводят Китай. Но Китай обладает одним коренным отличием — он обладает уникальными, имеющимися только у него ресурсами, которые западные страны нигде больше на планете Земля не найдут. Это, конечно, миллиард дешёвых рабочих рук, в меньшей степени это ещё и почти полный контроль над месторождениями редкоземельных металлов, необходимых в производстве электроники. Как мы показали выше, Россия не обладает никакими такими уникальными ресурсами, незаменимыми другими странами, которые позволяли бы надеяться на то, что Запад вынужденно продолжит сотрудничество с Москвой несмотря ни на какие действия России внутри себя или за своими границами.

Да, в Москве могут попробовать сделать тут совсем изолированную, нищую, тоталитарную страну вроде КНДР, националистическую империю с каким-нибудь гестапо и железным занавесом. На пару лет. С неработающей, остановившейся в росте даже в текущих, до введения масштабных санкций условиях экономикой это не просто максимум, это исключительно теоретический максимум. Советский Союз при пустых полках магазинов и с обрушившимися ценами на нефть продержался пять лет — и это при том, что у СССР экономика была куда мощнее российской, и не была настолько зависима от импорта (а сегодняшняя Россия ввозит из-за рубежа практически всё, от машин до продуктов питания), при том, что люди имели до этих пустых полок уровень жизни ниже, чем сейчас (то есть падение уровня жизни было меньше), а в политической сфере происходило смягчение, а не ещё больше раздражающие народ репрессии и ограничения. И даже в таких, более благоприятных условиях обрушившаяся экономика вкупе с системными проблемами уничтожили советский режим за пять лет.

Все более-менее связанные с реальностью сценарии говорят о том, что восстановление какой-то “националистической изолированной империи” конечно может существовать — в фантазиях придерживающихся определённой идеологии людей, на страницах фантастических книг. Реальное же положение дел говорит нам о том, что такой курс даже если и будет принят, то долго протянуть просто не сможет, и ни к каким империям в итоге привести не в состоянии.

Республике Татарстан выгодна только демократическая, истинно федеративная, интегрированная в мировую экономику и международные институты Российская Федерация. В то же самое время, как мы показали выше, для Российской Федерации это — единственный возможный несамоубийственный путь в сколько-нибудь долгосрочной перспективе. Сама реальность, сам ход истории — на нашей стороне.